Когда еще короче длина всего пути,
а прошлое растянется надолго,
и родственные нити от пыльных паутин
обрублены, и глохнет чувство долга…
И некому души цветение стеречь
- без надобности святость опошлеет.
И с кем бы ни пришлось в постель под утро лечь,
желание одно – уснуть скорее.
И ноющего сердца беззвучную струну
хоть оборви - она не отзовется…
Я начинаю кликать на помощь Сатану
По черным обезвоженным колодцам:
“Явись же, Вельзевул, смахни своим хвостом
весь этот бренный Мир с его кривляньем,
с затасканным и замусоленным Христом,
с их дальновидностью, с моим непониманьем!”
ноябрь 1987 г.
| 
