Нюра только что кончила блевать, когда из беременно-токсикозного забытья ее окликнул телефонный вопль. Нееет!, Только не это! Пиздеть по телефону она была совершенно не в состоянии.
- Ну, кто там еще?!
- Ой! Ой, Нюрочка, только трубку не бросай! Это я, Ася. Если не ты - я щас удавлюсь.
- Ась, не верещи. У меня и без тебя в голове бензопила "ДРУЖБА" ударную вахту несет. Говори ты толком, что случилось. Петенька жив?
- Да, Петенька-то слава Богу. У меня с Андрюшкой беда.
- Запил?
- Хуже. Представляешь? Кидаю в стиралку Петькины шмотки, а в барабане вроде бы еще места до фига. Ну я и Андрюшкины джинсы туда же. По карманам шарь-шарь, а в кармане ключик, а на ключике бирочка "частный пансион ПЕР-ГЮНТ"!
- Пер кто? А ну, быстро ко мне с этим ключиком!
Через минуту соседка уже трезвонила в дверь.
- Ниче, подруга, не бзди. Он, хоть и мент, да мы ментовские жены. Нас на дурку не прокатишь.
В прошлый декретный отпуск Нюра закончила компьютерные курсы и теперь, весьма успешно вскрыв базу городской вневедомственной охраны, быстро прошлась по списку частных пансионов.
- Записывай номера, щас звонить будем. Алло! Дежурный администратор? У вас остановился Стыцко Андрей Игнатович?
- Мы информацию о наших постояльцах никому не даем.
- Да, ради Бога! Вот только ему телеграмма из Бердянска пришла, что его мама при смерти. Так я вам ее сейчас продиктую, а вы перепишите и уж, пожалуйста, вручите лично, чтобы он с мамой проститься поспел.
- Ой, нет девушка, это уж вы сами. Его номер семьдесят третий.
Некоторое время женщины помолчали в обнимку. И Нюра поняла, что ее больше не мутит.
- Ты Андрюхины джинсы в стирку успела закинуть?
- Еще нет.
- И не кидай. Ключ обратно положи и следи, как он его прихватит. Мой из командировки только к следующей среде воротится. Так что я тебе подсобить еще успею. Главное виду не подавай, что мы с тобой в курсе. Все. Иди, а то мне скоро за Танечкой в детсадик пора.
Асин Андрюха напялил грязные джинсы вместе с ключиком буквально на следующее утро.
Нюра любила водить автомобиль и во время супружеских командировок пользовалась семейным "фордиком" вовсю.
- Ну, вот она, ваша "семерка". Возле нее и припаркуемся.
На Асю было страшно смотреть: лицо белее сметаны, губы синие и трясутся. Нюра даже прикрикнула на нее.
- Ну, что?! Может плюнем, да обратно поедем?! А в глаза этому говнюку кто смотреть будет? Я беременная, мне б лежать, а я прусь тут с тобой!
За дверью орала музыка. Нюра пнула дверь ногой. Дверь оказалась незаперта...
Посреди номера, по пояс голый, в нестиранных джинсах Аськин Андрюха откупоривает шампанское. А на диванчике две лярвы в красных пеньюарах мусолят Нюркиного мужа.
Ничего Ася с Нюрой своим мужьям не сказали. Повернулись и вышли.
Обратно ехали молча. Асю пробрала икотка, а Нюру даже блевать не тянуло. Только будто где-то что заклинило. От парковки до подъезда тоже молчали. Потом сели в лифт и разошлись, каждая на своем этаже.
Аське-то что?! Она за фуфырем водяры сгоняла, присосалась, ну и завыла про свою бабью долю на все четыре лада. А вот Нюрке-то как? Она ж беременная, да еще при дите! Ну, привела Танечку из детсадика, ну накормила... И давай по комнате круги нарезать, пока за гардероб не зацепилась. Ну, открыла она этот гардероб, а там одних Васькиных сорочек не меньше дюжины. Ну и полетели сорочки на пол, а за ними парадновыходной костюм с мундиром, галстуки... Потаращилась Нюра на галстуки, сходила за ножницами и давай из мужниных рубашек серпантин нарезать. И так пока мозоли на пальцах не натерла. Потом ящики из гардероба выгребать начала, пока кобура с мужниным пистолетом на пол не грохнулась. Нюра еще подумала, подумала... Притащила из ванной ведро, из кладовки банку ПВА. Разбадяжила ПВА с тепленькой водичкой и позвала дочку.
- Танечка, сейчас мы с тобой будем делать папе подарочек. Вот: Берем эти ленточки, окунаем в ведерко с клеем, и теперь этими ленточками обматываем папин пистолетик.
- Только надо газету на пол постелить, и фартучек одеть, чтобы все чисто было.
- Умница моя! Чтобы чисто было! Вот папка-то обрадывается!
Если кто-нибудь думает, что Ваську с Андрюхой совесть замучила, так фиг. Она бы может и замучила, только жены в дверном проеме стояли совсем недолго, и в разгар гулянки их никто не заметил. А потому постояльцы семьдесят третьего номера продолжили гульбу, согласно оплаченному тарифу.
Ближе к ночи мама с дочкой сварганили из папиного пистолета с проклеенными ленточками приличную головешку, которую Нюра под конец облепила всеми Васиными документами, и положила возле батареи парового отопления обсохнуть.
Рано утром, в среду Нюра упаковала свое произведение в яркий полиэтиленовый пакетик, и поставила на лестничной площадке, рядом с мусоропроводом.
Вот Андрюхе-то хорошо. Вернулся домой, нарвался на пьяный Аськин скандал, отметелил жену туда-сюда, отмусолил по койке до поросячьего визгу, купил ей шубу к весне со скидкой и дома рай. А Ваське-то с Нюркой че делать? Она ему вона каку подляну... А он язык себе в задницу засунул и ни гу-гу. Потому как Нюрка бе-ре-мен-на-я! А ты, Вася, хоть застрелись, тока сперва пистолетик свой расколупай.
_____________________________________________
http://az.gay.ru/books/poetry/e_moe_2007.html
|
