Пятница, 15.12.2017, 15:17 | | Главная | Регистрация | Вход

Меню раздела

Главная » Творчество » Проза » Мой путь в музыку

ИЗ ГРУЗЧИКОВ В ЧЕРТЕЖНИКИ И ТАЙНАЯ ЛЮБОВЬ
Галина Владимировна хмурила брови:
- Я ничего не понимаю! У тебя же было правильное нижнереберно-диафрагмальное дыхание! Откуда?!! Откуда этот ключичный вздох? Ты что ли портовый грузчик?
- Да, Галина Владимировна, я хоть и не портовый, но грузчик.
- Это что за новость?!
- Ну, справка же была нужна! А у меня с пропиской неразбериха. Сейчас вроде бы и утряслось, да че ж работу-то менять? С областной пропиской только посменную предлагают.
- А живешь ты где?
- В Гатчине.
- Ах, ну да! Тебя же там в газете печатают. А родители твои где?
- Со мной.
- А они где работают?
- Они у меня инженеры-проектировщики, работают в Ленинграде, в проектных институтах.
- И что же они не могут устроить тебя к себе?
- У них режим работы с девяти утра до шести вечера. Я тогда к вам на занятия во время не попадаю. А на фабрике я работаю с семи до четырех, так что и пообедать успеваю, и к вам.
- Уходи ты с этой работы. Что тебя, родители не прокормят? А новая справка только к следующему году понадобится. И к тому же, раз тебя в газете постоянно печатают, под статью за тунеядство ты уже не попадаешь. А к следующему году уж музработником в дет-сад, да пристроишься.
Мудрая женщина Галина Владимировна! А дома разговора на эту тему только и ждали.
- Я сомневаюсь, - заявил отец, - что у кого-то в трудовой книжке написана должность "поэт". Ну, будешь опаздывать на занятия, авось, не выгонят. Раз ваше училище для рабочей молодежи, так пусть изволят считаться с рабочей молодежью.
На фабрике отрабатывать две недели не пришлось, благодаря грамотно составленному заявлению, которое придумал для меня Папа Соля, тот самый Соломон Исаакович из Новокузнецка. Перебравшись обратно в родной Ленинград, он и здесь оказался коллегой нашего отца. Зимнюю сессию я сдала успешно. С начала года меня приняли на должность чертежника в отцовский институт. Для меня-то, непоседы, эта должность оказалась кошмаром. За катанием телеги и загрузки с разгрузкой досок время летело незаметно. А за чертежным кульманом оно тянулось до бесконечности. Зато в курилке, в женском туалете было полно очень симпатичных девушек. Но я умудрилась влюбиться в седую соракалетнюю мать семейства, которая не курила. Она сидела за соседним кульманом, часто подходила ко мне, чтобы поправить или просто приободрить. Только благодаря ей я стала хорошим чертежником. А так бы сбежала обратно к телеге. Ее звали Циля Иосифовна Фрадкина. И она даже не догадывалась, какое место заняла в моей душе и какую роль играла в моей судьбе. А я помню и люблю ее до сих пор, даже не зная, жива ли она. Кажется, сына ее звали Женя. Он потом поступил в пединститут и, закончив его, стал хорошим учителем физики. Я уже не помню, откуда я это знаю. Но то, что сын Цили Иосифовны и ее супруга стал настоящим человеком, сомнений не было.
А Боря Потемкин сказал, что одной способности рифмовать мало, надо пройти поэтическую школу, и дал мне список литературных объединений и поэтов-руководителей этих ЛИТО. Я по этому списку взяла в институтской библиотеке сборники стихов и стала выбирать. Выбор пал на автора замечательных строчек:
В том городе, не верящем слезам,
есть женщина, она слезам не верит.
Она тебя холодным взглядом смерит.
Сам полюбил - расплачивайся сам.
Я сразу же поняла, что это про мою безнадежную любовь к старшей сотруднице и смиренно поперлась в Дом Культуры Моряков к Семену Ботвиннику.
Категория: Мой путь в музыку | Добавил: INET (11.03.2008)
Просмотров: 1490 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]