Пятница, 15.12.2017, 15:09 | | Главная | Регистрация | Вход

Меню раздела

Главная » Творчество » Пресса » Интервью

ИНТЕРВЬЮ НЕ ТОЛЬКО НА ЛИЧНУЮ ТЕМУ
Ольгу я впервые встретила на областном фестивале авторской песни на реке Петух (это в Кадуйском районе). Мы ходили по неудачно разбитому лагерю от костра к костру, от сцены к обрывистому берегу. Ольгу пригласили на фестиваль в качестве почетного гостя (или почетной гостьи, как удобней сказать в подобном случае?), а потом как-то так получилось. Что она оказалась в жюри. Пока она была свободна от своих судейских обязанностей (заправлял-то в жюри все равно Михаил Трегер), она тоже ходила по лагерю, знакомилась, слушала. Издали я приняла ее за этакого пацана - в курточке, в штанах и мальчишеских сандалиях, невысокая, с кудрявой головой. Лишь некоторое время спустя до меня, что называется, «дошло», что это вовсе не пацан, это ленинградка Ольга Краузе из клуба «ЭТАП» (пишется именно так, заглавными буквами, а расшифровывается эта аббревиатура следующим образом: Экспериментальное Товарищество Авторов Песен. Потом Ольга сидела у нашего костра, пила крепкий чай и пела свои песни резким, мальчишеским голосом. Впечатление от песен было именно таким - резкие.
Фестиваль на Петухе проходил в июне, а сейчас на дворе осень, и Ольга Краузе приехала в Вологду, чтобы дать здесь концерт. Даже два - Один в Молочном, второй проходил в городском туристском клубе.
- Ольга, сколько тебе лет?
- Тридцать пять.
- Сколько?!
- Тридцать пять. В тридцать три я вылезла на сцену.
- А стихи ты давно пишешь?
- С девяти лет.
- Печаталась?
- До восемнадцати лет весьма активно. И все потому, что стихи писала совершенно спокойно: надо к Дню Конституции - я напишу, надо к какому-нибудь летию - всегда пожалуйста. А в восемнадцать лет я попала в студию к Александру Кушнеру. Ребята там подобрались очень сильные, толковые, и хотя я потрясала пачкой газет со своими публикациями, раздолбали-таки меня они крепко. Но, конечно, это пошло мне, избиваемой, только на пользу. Ребята разбудили мою совесть, а когда она проснулась, печатать меня почему-то перестали. Кстати, скоро «ЛЕНИЗДАТ» выпускает коллективный сборник литературного объединения «Маяк». Он очень-очень давно готовился, этот сборник. Так давно, что многие из его авторов уже имеют собственные сборники, и многим будет очень стыдно за те стихи, которые там напечатают. Уже ломают головы, как бы раскупить эти тридцать тысяч экземпляров, чтобы не дошли до читателей. Мне повезло больше - в сборник войдут те мои стихи, за которые мне до сих пор не стыдно.
- Расскажи немножко об «ЭТАПе».
- Сейчас у нас осталось двадцать человек, мы решили ограничиться этим числом.
- А что, было много желающих?
- Да. Мы решили, что это не будет показателем качества, если наш клуб разрастется до необъятных размеров.
- По каким же критериям вы оцениваете вновь приходящих?
- Ну, какие критерии… Обычные - нравится, не нравится…
- Ну вот приходит к вам человек…
- Сначала его прослушивают на общем собрании клуба. Тайным голосованием определяют мнение клуба о песнях новичка. Если большинство «за», его включают в концерты, дают возможность выступать. А через пол года уже совет клуба (в совет входят шесть человек) решают: имеет ли право этот товарищ оставаться в клубе. Здесь требования совсем жесткие - если даже двое проголосуют «против», вопрос о членстве решается отрицательно.
- Ты не будешь возражать, если я попрошу тебя рассказать о себе? Почему у тебя такая интересная фамилия?
- Все очень просто: мой отец происходил из питерских немцев. Там, где сейчас Новая Деревня, ну представляешь, где это, было немецкое поселение. Начало свое оно ведет еще с Петра Первого. В Петербурге много было инородцев - были китайские поселения… Мой отец рассказывал, что с ним в школе учился сын тибетского ламы.
- Интересно… А как ты училась играть на гитаре?
- Сама. Я училась в музыкальной школе, но игре на фортепьяно. Долго упрашивала свою матушку, чтобы она купила мне гитару, но она ответила, что на гитаре играют исключительно одни бандиты. А во дворе у нас был один парень - руки из-за обилия татуировок синие, но он играл и пел. Мне страшно нравилось, как он пел. Песни были в основном на воровском жаргоне и еще, как ни странно, из репертуара Вертинского. Но мне тогда казалось, что эти песни - какой-то супершикарный воровской фольклор. А потом мне случайно попала в руки гитара, она была совершенно расстроена, но я еще не имела ни малейшего понятия о каком-то строе, начала что-то подбирать, создав свой ни на что не похожий строй. Но, однажды мой дед увидел, чем я занимаюсь, ужаснулся и настроил мне гитару. Вообще-то он у меня играл на семиструнке. А свою собственную гитару я купила со своей первой зарплаты.
- Ольга, а где ты работаешь?
- От ленинградского управления культуры, художником в рекламе. Кстати, я немножко походила по Вологде и пришла к выводу - ваша реклама никуда не годится, ни витрины, ни киноафиши. В принципе, я не удивляюсь, потому что знаю, кто, как правило, работает у нас в рекламе - неудавшиеся художники, которые мнили себя гениями, но таланта-то не хватает!.. И остается выход - реклама. Знаешь, с этим у меня связан забавный эпизод. На ленинградском телевидении есть интересная передача - «Открытая дверь». Я как-то сказала режиссеру этой программы: «Слушай, у тебя такая хорошая передача, такие интересные темы, а почему бы тебе не заняться темой нашей рекламы? У нас же куча проблем - ты посмотри, где мы работаем, в каких условиях, как относятся в Ленинграде к рекламе…» Он действительно загорелся, но, как только дело дошло до разговора с нашими художниками, они вдруг наотрез отказались от съемки. И только потом я поняла почему: своим друзьям, каким-нибудь девочкам они пудрят мозги, ведь в удостоверении написано: «УПРАВЛЕНИЕ КУЛЬТУРЫ - художник», и вдруг такие кадры по телевизору, такое разоблачение!..
- Расскажи о том, как ты пишешь песни. Появление той или иной песни с чем-то бывает связано, с каким-то событием, случаем?
- Вовсе нет. Вот, например, эта песня - «…мой маленький, старенький пони, свези меня в свой зоопарк…». Она, кстати, будет звучать в одном новом фильме, он еще не вышел на экраны. Там из нее решили сделать своеобразные рамки - песня будет звучать в начале фильма и в конце.
- Тебе понравилось, как тебя принимали в Вологде?
- В Вологде - да. Народ подобрался серьезный, слушали вдумчиво и внимательно. А в Молочном - немного иначе… Нет на недостаток внимания я пожаловаться не могу. Там, по-моему, большинство были студенты, и меня позабавила их своеобразная реакция на некоторые мои песни.
 
Песни Ольги Краузе не похожи на женские, хотя поются в большинстве своем от первого лица. Они резки, остры и неудивительно, что в прежние годы не могли звучать открыто. Да и сейчас далеко не всегда их приветствуют в официальных кругах. Но то, что после концерта Ольгу долго не отпускали, просили спеть «еще хотя бы одну…», говорит о чем-то… Разумеется, она не ограничивается только остросоциальной тематикой. Но вот такая строчка «Не может быть, что ты меня не любишь, но может быть, ты любишь не меня» - это тоже очень личное, ни на что не похожее, только ее Ольги…

В ноябре Ольга Краузе снова приедет в Вологду. Не пропустите, жалеть не будете.

Л. Шикур
/газета «ВРЕМЯ», 3 ноября 1988года, Вологда/
Категория: Интервью | Добавил: olg-krauze (25.03.2009)
Просмотров: 3074 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]